22:09 

Piano-for-Itachi
Ночь. Луна. Точу карандаши.
Название: Ion square
Автор: Piano-for-Itachi
Фандом: Дом, в котором...
Персонажи: Сфинкс, Курильщик, Слепой, Чёрный
Пейринги: Сфинкс/Курильщик, Сфинкс/Слепой
Жанр: POV, дружба
Рейтинг: PG-13
Размер: мини
Статус: завершён

I carry your heart here with me

СФИНКС

Мне сразу не понравился тот тон, с которым Чёрный вдруг предложил Курильщику «пройтись»...
Дело было после обеда. Стая кучковалась на общей кровати, бурно обсуждая принесённые Лэри новости, и раздражала Курильщика, который маялся оттого, что не может найти себе места в этой свалке: я-то восседаю на подоконнике и даже не смотрю в его сторону, как он думает.
В последнее время мне совсем не удаётся остаться с ним наедине. Весна выгнала из спален даже самых засидевшихся обитателей и разбросала их по всем углам Дома – по две штуки в каждый. И, конечно же, можно было бы воспользоваться нашей собственной комнатой, которая тоже опустела, если бы только тут не торчал вечно Чёрный, словно вросший в свою чёртову кровать...
Он единственный, кто заметил, что между его притчей во языцех и претендентом на дружбу что-то происходит, или единственный, кому обязательно нужно сунуть в это нос. Пока он не отгородил от меня Курильщика своей бестолковой, непрошибаемой заботой, парень успел похорошеть, успокоиться, и Чёрного это бесило – он смотрел на меня так, будто я снова у него что-то украл.
И вот теперь он увозит моего подопечного с явно нехорошими намерениями, а Курильщик так расстроен, что даже не замечает этого. Он вообще не склонен подозревать в чём-то Чёрного, раз тот ещё ни разу не прокололся. А вот на мой счёт можно много чего записать при желании. Сукин сын выбрал отличный момент. Сейчас он ему поможет сложить два и два...
Какое-то время после того, как за ними закрылась дверь, я ещё сижу на подоконнике, кусая губу. Чтобы проследить за беглецами, нужно немного выждать. Стая продолжает шуметь: Табаки расстелил на одеяле что-то похожее на карту, и все увлечённо в неё уткнулись – на меня ноль внимания. По-тихому сползая со своего насеста и растворяясь в пространстве, я всё думаю: что бы мне такого сделать с Чёрным, чтобы не напугать Курильщика?

- ...держись от него подальше, я тебе говорю. Ты понятия не имеешь, что он за человек.
Чёрный впаривает всё это Курильщику совсем не громко, но в тембре его голоса чувствуются неприятный нажим, навязчивость и нетерпимость к возражениям. Однако Курильщик всё равно возражает:
- Как я могу держаться подальше от зам вожака?
- Ты прекрасно понимаешь, о чём я. Он просто нашёл к тебе подход, чтобы подчинить себе. С Лордом было то же самое. Тебе рассказать, через что он его протащил, чтобы тот стал частью стаи?
О! Кажется, сейчас будет любимая история в картинках о том, какой я садист.
- По своему опыту я могу сказать, что в четвёртой довольно либеральные порядки, но чтобы столь разные люди могли ужиться, нужен хоть какой-то общий знаменатель, и задача вожака состоит в том, чтобы под этот знаменатель их подбить, разве не так? – логичный умница-Курильщик. Странно, что Чёрный его слушает. Видать, действительно запал. – К тому же, Лорд не из тех, кого можно прибрать силой, как ты мне тут намекаешь. Он не ненавидит Сфинкса, а значит, по итогам, тот всё-таки ему помог?
Что важнее: сообразит ли Чёрный, что тут не меня защищают, а своё собственное мнение? Вопросительная интонация фраз выдаёт беспокойство Курильщика по поводу того, что он всё ещё недостаточно осведомлён. Он ищет поддержки в собеседнике, не желая подходить близко к той границе, где ему придётся полагаться не на знание, а на веру. Но Чёрный подталкивает его именно к этому, и Курильщик не сможет не оценить это, когда после всё обмозгует. Пожалуй, Чёрный сам роет себе могилу.
- Как и Македонскому, - отвечает он, жирно намекая на то, что Македонский только и делает, что за всеми прибирает. - Как и тебе, если ты не остановишься. – Интересно, как, по мнению Чёрного, я должен использовать в своих корыстных целях Курильщика? Натравливать его на бывшего вожака, тем самым делая его жизнь ещё невыносимее?
Я пытаюсь прикинуть, насколько я злопамятен и властолюбив, и вдруг обнаруживаю рядом с собой Слепого. Когда он успел подкрасться? Теперь мы прячемся за стойкой гардероба вдвоём. Хорошие у нас методы по общественной работе, ничего не скажешь... Слепой разворачивается правым ухом в сторону разговаривавших, и его лицо оказывается прямо перед моими глазами. Застывшая маска, под которую я с таким трудом продираюсь.
- Мне кажется, ты преувеличиваешь, - вздыхает Курильщик-стойкий-оловянный-солдатик. Он так надеялся сбежать от стайной болтовни, а тут его принялись распекать не понятно за что. Из огня да в полымя. – Тебя послушать, так от Сфинкса никому житья нет. Но насколько я вижу, он не притесняет даже тебя, хотя у вас действительно напряжённые отношения.
Я ухмыляюсь: парень метит в самое ядро. И считаю секунды до того, как Чёрный потеряет терпение.
- Не притесняет, как же... Поэтому, может, ты стал смотреть на него ТАК? – Связь между одним и другим будет оставаться для Курильщика загадкой ещё какое-то время, я даже вижу, как он недоумённо хлопает сейчас глазами, а вот мне уже всё понятно. - Думаешь, никто ничего не замечает?
Слепой вдруг закачал головой. Это плохо.
- Да он же купил тебя с потрохами, - голос Чёрного внезапно понижается и становится почти зловещим, и я готов поклясться, что знаю, о чём он будет говорить дальше. – Теперь ты ему почти не перечишь, ведь у него есть то, что тебе надо.
Это не правда: он почти не перечит, потому что стал больше понимать. Но Чёрный, как обычно, всё выворачивает по-своему. Особенно теперь, когда выгода от этого очевидна. Посмотрел бы на себя со стороны, тут же прекратил бы на меня залупаться...
- Он просто заткнул тебе рот. Не смущает, например, тот факт, что он подкатил к тебе именно в тот момент, когда мы с тобой нашли общий язык?
Чёрный в четвёртой – это что-то вроде оппозиции. Курильщик, и правда, склонялся в эту сторону поначалу, так как и сам имеет особенность образовывать республику, куда бы ни попал. Чёрный в этом смысле был ему понятен, в отличие от всего остального, что на него вдруг свалилось. И надо же мне было вмешаться, в самом деле, со своей стайностью и поцелуями...
- Так нас было бы двое, и ему пришлось бы с нами считаться. Но он прибрал тебя к рукам. А что, по сути, у вас общего? Ты же не будешь отрицать, что на воле никогда бы не связался с ним?
Тут я вспоминаю наш недавний разговор, где я спрашивал Курильщика, как ему вообще Чёрный. Ну что за подстава... Тогда он признался в том, что, да, у них много общего, да, он тоже такой наружный, да, он подходит ему больше, но... «Сначала Рыжий, теперь Чёрный... – подытожил он грустно. – Ты хочешь меня сбагрить?» Проклятье...
Пока я сокрушаюсь, в воздухе за спиной повисает тяжёлая пауза. Курильщик не проронил ни слова, но, видимо, как-то значительно на своего оппонента посмотрел.
- Ну, допустим, - в возобновившемся монологе Чёрного появилось что-то острое и холодное. – Но на что ты тогда рассчитываешь? Если ты ему уже сдался, то вопрос с тобой решён.
А теперь Курильщик думает: ну да, Сфинкс вроде как совсем про меня забыл. Не из-за Чёрного, а исходя из своего прошлого опыта, он обязательно сделает вывод, что я именно так и должен был с ним поступить. Вдруг захотелось убиться об острый угол гардеробной. А ещё лучше пробить дыру в пустой черепушке Чёрного стальным носком своего ботинка.
- Или ты решил, что он будет возиться с тобой и дальше?
Я чувствую недоброе и резко отлипаю от стойки. Рука Слепого тут же взлетает вверх и ложится на моё плечо, удерживая меня на месте.
- На голом энтузиазме? Что ты можешь ему предложить? Ты же бездонная бочка, чёрная дыра, что упало – то пропало.
Я не верю своим ушам. Слепой как-то странно вздрагивает. Тоже услышал, как внутри у Курильщика что-то хрустнуло? Рука с длинными пальцами сильно сдавливает моё плечо. «Сиди», - словно говорит она. Я и сам понимаю, что вмешиваться уже поздно, в том смысле, что в Курильщика уже прилетело. Но, по крайней мере, можно было подраться с Чёрным: и либо пересчитать этой паскуде кости, либо получить самому за то, что я допустил всё это.
Рука Слепого вцепилась в меня намертво, и эта боль немного отвлекает. Я неотрывно смотрю вожаку прямо в лицо и читаю там:
- Почему ты не вмешался?
- Ты ведь хотел узнать, что будет? Хотел узнать, насколько он крепкий? Насколько твой?
- Ты ведь понимаешь, кто проиграл?
Я сижу перед Слепым как перед беспощадным зеркалом, отражающим самую мою суть. Разве всё это не его методы? Неужели мы стали так похожи, что уже и не различишь? С какого момента я стал мыслить, как он, действовать, как он? И что это, в конце концов? Благо или проклятие? «Лорд всё ещё жив», - читаю я снова в невидящих глазах. Это согласие или возражение?

Наваждение прошло.
Иногда и на Изнанку ходить не обязательно, чтобы почувствовать себя так же, как там: чуть заиграешься со Слепым – и отхватишь весь спектр полагающихся эмоций.
После того, как вожак отпустил наконец моё плечо, я ещё долго чувствовал на себе его хватку. Он первым подал голос:
- Там Табаки.
Это означало: не волнуйся, Табаки присмотрит за ним. Да, в определённых вещах на Шакала можно положиться.
А ещё это означало, что мы можем поговорить.
- Зачем ты тут, кстати? – спросил я, приняв его приглашение.
- Ну... Ты промчался мимо меня со второго на первый, стряхивая с потолка штукатурку, и мне показалось, что это не к добру.
Я повернул голову и взглянул на Слепого. Он подобрал к себе ноги и, обняв их, окаменел – хоть на фасад сажай. И только пальцы двигались, дербаня дыры на рукавах старой клетчатой рубашки – он о чём-то усердно думал. О чём-то неприятном.
Вслед за ним думать о неприятном начал и я. Например, о ревности. Конечно, это была не теория и даже не смутная догадка, но гложущая меня где-то в глубине, отвратительно-постыдная, подленькая мыслишка: я до сих пор не был уверен, что Слепой никак не причастен к смерти Волка. Их было всего двое, тех, кто отмечал меня, покровительствовал мне, и, может быть, даже претендовал – это Лось и Волк. И обоих, так или иначе, уже нет в живых. Совпадение ли это? А вот Курильщик, который разве что у меня не под кожей, но с ним ничего не происходит.
Так почему ты здесь, Слепой?
Что ты задумал?
- Бедный Курильщик, - вдруг выдал вожак, продолжая шкрябать свои локти. – Наплачется он ещё с тобой.
- А? – только и смог я возмутиться.
- Раньше ты так не лажал, - он говорил это без упрёка или разочарования, словно рассуждал вслух. – Ну надо же...
- Ты к чему клонишь, Бледный? – я уж и не знал, злиться мне или готовиться бежать.
- Могу подсказать тебе, как ещё его помучить. Впрочем, твоей фантазии разве что Табаки не позавидует.
И тут уж я, конечно, прифигел. По его словам выходило, что Чёрный абсолютно прав в своих обвинениях.
- С Чёрным всё понятно, - тут же ответил Слепой на мою мысль: видимо, она была очевидной. – А вот что ТЕБЕ от Курильщика надо?
Слепой считал, что я знаю ответ на этот вопрос, но не хочу признаваться даже самому себе.
И был прав, как обычно.
Мы замолчали. Какое-то время я наблюдал, как его пальцы продолжают свою возню, и гадал, насколько глубоко ему удалось зарыться в мои мысли. Пока вдруг движение не оборвалось, и я не сообразил, что бурный мыслительный процесс окончен и выводы сделаны.
- Слушай, - Слепой перевалился на один бок и достал из заднего кармана джинс сложенный вчетверо тетрадный лист. Очевидно, что тема Курильщика была закрыта. – Крыса написал мне письмо, не прочитаешь?
Что ж, закрыта, так закрыта.
- Вот извращенец, - не удержался я от комментария, - нашёл, как с тобой контакт наладить.
Я принял из рук Слепого замусоленный листок и с неприязнью развернул его.
- Фу ты чёрт, всё в крови.
- И написано кровью? – вожак явно был заинтригован. Не так часто ему писали любовные письма. Если быть точным, то никогда.
- Нет, сам текст чернилами. Чёрными, как его душонка.
- Ну брось. Что там?
Я стал читать. Что-то про идеальное свидание в подвале. Со связыванием, поножовщиной и поцелуями со вкусом крови.
- Какой милый, - Слепой лыбился.
- Да неужели? По-твоему, это мило, если он тебя там прирежет?
- Это он красуется. На самом деле он не такой.
Честно говоря, в это верилось с трудом.
- Ты же не пойдёшь с ним в подвал? – ужаснулся я.
- А ты что же, волнуешься за меня? – как флиртует Слепой – это отдельная песня.
- Дом останется без хозяина – куда это годится? – пробурчал я и сунул бумажку ему в руки. Она вернулась в его задний карман, а сам Слепой передислоцировался ко мне на колени.
- Компания многое решает. С мной, например, ты на Изнанку не ходишь, а вот с Курильщиком мог бы и прогуляться, - то, с какой скоростью он перескакивал с одного на другое и обратно, несколько раздражало. Сколько бы я ни проводил с ним времени, иной раз я совсем не понимал, как мне стоит себя вести. Слепой сидел совсем близко, но не похоже было, чтобы он ждал продолжения.
- Зачем это? – странно, что он вообще заговорил об этом: мой ответ же очевиден.
- Ну как... На свидание, - при этом Слепой так прильнул ко мне, что у меня не осталось ни малейшего сомнения в том, о каком свидании он говорит.
- С восьмилетним мальчишкой? Ты в своём уме?
- Если его проведёшь ты, он почти наверняка будет постарше, - Слепой чуть ли уже не шептал мне в ухо. Обычно он более тщательно маскирует свои мотивы, а тут так открыто демонстрировал своё страстное желание всеми правдами и неправдами затащить меня на Изнанку, что от этого становилось ещё более жутко: не значит ли это, что он абсолютно уверен в успехе предприятия?
Он сложил руки у меня на спине и застыл. Худой и лёгкий. Очень хрупкий, но только с виду. На самом деле Слепой вмещал в себя не только весь этот Дом, но и целый мир по ту его сторону. Неоднозначный сам по себе, он был неоднозначен и конкретно для меня: с одной стороны, являясь единственной несущей моей опорой, а с другой – самой пугающей бездной, готовой поглотить меня целиком и полностью.
Наваждение прошло.
Когда я вхожу в спальню четвёртой, я думаю совсем о другом. Табаки предусмотрительно оставляет возле Курильщика свободное место для меня. Когда я устраиваюсь рядом, кулёк разматывается и накрывает меня пледом. Я устраиваюсь поудобнее на подушках, а Курильщик – на мне. Без всяких вопросов. Чёрного в комнате нет. Должно быть, рыдает где-нибудь в недрах Дома. Я утыкаюсь носом в каштановые волосы, пропахшие сигаретным дымом: не иначе, как парень выкурил на нервах все свои запасы. Скажу ему завтра, чтобы завязывал потихоньку. Будет Курильщиком, который не курит. А что? Ему это подойдёт.

URL
   

Отринуть всё что не имеет подлинной ценности

главная